Отражение архаических представлений о мире в Васту

Большую часть текстов вастувидьи составляют указания, на первый взгляд не имеющие никакого отношения к архитектуре, а тем более к искусству, и представляющие собой перечисления примет, которым надо следовать, чтобы избежать негативных последствий. Как правило, все они связаны с поиском благоприятного места для строительства и созданием васту-мандалы.

Рекомендации текстов по вастувидье — как искать место для строительства, размечать территорию, вычислять размеры и пропорции, определять соотношение структурных элементов постройки.

Например, для того чтобы подобрать пригодный для строительства участок земли, в текстах рекомендуется провести исследование почвы.
 

ЦВЕТ

Во-первых, необходимо определить цвет почвы. 
• Светлая (sveta) почва благоприятна для брахманов, 
• красная (rakta) — для кшатриев, 
• желтая (pita) — для вайшьев, 
• черная (krsnd) — для шудр (МП 253.11—12). 

Эти цвета традиционно связаны с упомянутыми сословиями (варнами) индийского общества.
Во-вторых, надо попробовать землю на вкус. Для брахманов рекомендуется земля сладкая на вкус (madhurasvddd), для кшатриев — острая {katuka), для вайшьев — горькая (tikta), для шудр — вяжущая (kasaya) (МП 253.12-13)

Подобные описания исследования почвы встречаются и в других текстах о вастувидье. Например, в трактате «Шилпа-пракаша» говорится, что земля для брахманов должна сверкать, как перламутровая крошка, и иметь сладкий запах, земля для кшатриев должна быть цвета свежей крови и иметь кислый запах, земля для вайшьев — желтого цвета и с солоноватым запахом, а земля для шудр — темного цвета и с гнилостным запахом.

Такой метод анализа почв по цвету на первый взгляд напоминает процедуру определения состава почвы. Однако здесь говорится совсем не о тех характеристиках земли, которые важны для строительных работ, а дается классификация земли, имеющая прямо-таки «сословный» характер. Учитывая то, что Варны для культуры Индии были необычайно важным понятием, можно предположить, что и в основе данного анализа почвы лежат общекультурные представления.

Первый анализ почвы производится согласно ее цвету. Тут возникает вопрос, что понимается под цветом в индийской традиции? Санскритское слово варна (varna) обозначает и цвет, и варны — четыре основных сословия индийского общества. Иногда слово варна означает качество, характер чего-то, сорт. То есть варна — это некая составляющая объекта, явления, позволяющая говорить о его месте в какойлибо классификации. Это может быть порядок букв, алфавит, порядок звуков. Важно и то, что иногда слово варна выступает как синоним слова рупа (ruра) — «форма». Это связано, прежде всего, с тем, что цвет, окрашенность лежит в основе материального воплощения, его формы, и является его важнейшим признаком. В системе таких представлений цвет земли может быть показателем того, что на этом месте будет создано, построено. 
Уместно вспомнить, что само слово «васту» как раз и может означать некий первоначальный принцип, который лежит в основе какого-либо объекта.

В текстах пуран по вастувидье присутствуют четыре цвета: светлый (sveta), красный (rakta), желтый (pita), черный (krsna). Именно они лежат в основе цветовых классификаций и дают почву для многочисленных научных и философских спекуляций. Поскольку все рассуждения строятся по схеме жертвоприношения, предполагающей единство между макро- и микрокосмосом со всеми их составляющими, то и цвет начинает соотноситься и со сторонами света, и с мандалой пространства, и с мандалой божеств. А так как в мандалу оказывается
вписанной фигура человека, то цвет проецируется и на образ человека — Пуруши, прародителя мира. 

И хотя истоки этих соответствий уходят в древнейшие времена, это уже не первобытные классификации, строящиеся вокруг человеческого организма, а хорошо разработанная система на основе переосмысления древнейших мифологических схем, призванная упорядочить все имеющиеся знания о мире.

 

ВКУС

В индийской культуре, наряду с цветом, важнейшей характеристикой явления считался и вкус (раса). Вкус, как физиологическая особенность восприятия человека, имеет отношение к «антропоморфичному коду», так же как и цвет. Буквальное значение слова раса (rasa) — «сок», «вкус сока». Этот термин полисемантичен, в индийской культуре он может относиться к огромному количеству понятий, вплоть до эстетических. Например, так назывались эмоции или чувства в драме.

В пуранах этим термином обозначаются также некие первоначальные соки, вроде эссенций, лежащие в основе жизни. Это мы видим, например, в «Гаруда-пуране» в главе, где описывается рождение человека (ГП П.22.32). Притом, этот термин относится, прежде всего, к жидкостям, которые представляют стихию воды в теле. Иногда словом раса называется мужское семя.

Такое значение слова, как «вкус», тесно связано со значением «сок». Именно вкус показывает, какой сок, какая эссенция преобладает в данном явлении. То есть вкус (раса), так же как и цвет (варна), имеет отношение к первичным принципам, первоосновам какого-либо явления. В данном случае имеется в виду васту, место для жилья.

В древней и средневековой индийской культуре часто рождение ребенка и сам процесс развития человеческого плода показывается как процесс варки так называемого «высшего сока», т.е. расы. Этот образ заимствован из дхармасутр и дхармашастр. В основу его размышлений был положен отрывок из «Яджнавалкья-смрити» (ЯС III.71-109), который послужил прототипом для описания рождения в «Гаруда-пуране».

В нем рождение описывается как один из этапов цикла превращения единого начала, называемого «высшим соком». Этот цикл можно условно представить так: жертвоприношение в огонь и перенесение его вместе с дымом на небо — возврат его в виде дождя — превращение в растения, а следовательно, в пищу, а затем— превращение в мужское семя (ЯС III.71-72). Все описание подчинено раскрытию одного тезиса: как человеческое тело оказывается одной из манифестаций сока и тем самым — звеном в цепи «космического» цикла. При этом мироздание представляется как непрерывное жертвоприношение.

Понятие раса — и как сок, и как вкус — так или иначе соотносится с понятием «пища». Вместе с тем и пища, и сок, и вкус связаны с представлением о воплощении и являются тем, что как бы предшествует появлению на свет. Поэтому вкус участка земли для дома может быть показателем того, что тут появится в дальнейшем. Здесь опять прослеживаются аналогии с представлениями о зачатии и рождении. 

В «Гаруда-пуране» есть описание способа, как добиться рождения ребенка нужного пола. Перед зачатием женщину рекомендуется кормить сладкой пищей, чтобы родился мальчик, и горькой, острой и маслянистой пищей для того, чтобы родилась девочка (ГП 11.22.14-15).
Можно сделать предположение, что и при строительстве дома пища соответствующего вкуса использовалась для подношений и жертвоприношений. 
 

ВСХОДЫ

После определения вкуса и цвета в текстах рекомендуется еще один способ анализа земли. Место для дома вспахивается. Во вспаханную землю сажают «все виды семян (sarvabijani)», поливают и смотрят, насколько они выросли на третьи, пятые или седьмые сутки. Самая хорошая та земля, где ростки самые большие. Землю, где они самые маленькие, рекомендовалось избегать (МП 253.17-18).

В посвященном строительству очерке Капилы Ватсьяян говорится, что «практические соображения при выполнении этого обряда очевидны». Видимо, она считает, что таким образом определяют плодородность заселяемой земли. Ключом для понимания отрывка МП 253.17-18 являются уже упомянутые представления о круговороте жизни, связанном с превращениями «высшего сока».

В упанишадах такой цикл превращений, заканчивающийся зачатием, называют «путем предков». Вспомним, что на одном из этапов «высший сок» превращается в дождь, возвращается на землю и произрастает как растения, которые становятся пищей. Мотив прорастания семян при закладке дома как раз и соответствует этому этапу. Ведь дом является местом, где и будет происходить жизнедеятельность человека, одной из манифестаций «высшего сока».

Согласно дхармашастрам, пища, приготовленная на огне домашнего очага, попадает в человека, и сок еды, приготовленный внутренним огнем пищеварения, становится мясом, жиром, костями, т.е. обретает человеческую плоть. Она-то и есть объект телесных санскар (sahskara — «приготовление; совершенствование; украшение»), т.е. специальных обрядов жизненного цикла, «очищающих», «готовящих» человека для последовательного прохождения через все периоды его жизни. Проходя через них, человек «готовит» свою плоть для заключительного приношения на погребальном костре, где место жертвуемой еды занимает его тело. И опять начинается круговорот. Он (человек) с дымом уходит наверх, затем превращается в дождь, возвращается на землю.

Во всяком случае, подобные представления объясняют несколько необычную для нас ситуацию, когда «прообраз» будущего дома пробуется на вкус, сажается в виде семян. Можно предположить, что это отголоски более древних обрядов, служивших для включения строящегося здания в цикл превращений «высшего сока».
 

ЛАМПА НА ГХИ

Кроме тех «исследований» почвы, о которых уже рассказано, в «Матсья-пуране» описывается и такое: «После того как ямка, размером с локоть, будет вся целиком обмазана [навозом], для того чтобы исследовать землю, следует поместить растопленное масло в необожженную глиняную миску, [поставить миску в ямку] и зажечь четыре фитиля, [каждый из которых] должен быть расположен [в одной] из основных сторон света. Каждая сторона, начиная с востока, соответствует по порядку [четырем] варнам. [Необходимо проследить, с какой стороны фитиль] вспыхнет [сильнее]» (МП 253.13-15).

То есть, следуя логике текста, если фитиль ярче горел:
• с восточной стороны, то место было благоприятно для строительства дома для брахмана, 
• с юга — для кшатрия, если с запада — для вайшьи,
• с севера — для шудры.

Этот обряд основывается на традиционных представлениях об идеальном городе, в котором воплощено представление об идеально организованном пространстве. В основе этого города лежала мандала квадратной формы. По основным сторонам света располагались хранители сторон света (локапалы, lokapala). Каждая сторона света имела свою цветовую символику и соотносилась с одной из варн.


ЦВЕТА И СТОРОНЫ СВЕТА

Как правило, цвета и их соотношение со сторонами света в источниках упоминаются в следующем порядке: восток — белый, юг — желгый или багряный, запад — красный и север — темный (синий или зеленый). Когда запад соотносится с синим цветом, север — с красным. А иногда, например в «Артхашастре», с севером ассоциируется белый цвет.

Расхождения отчасти объясняются тем, что есть три способа описания мандалы: начиная с севера, начиная с северо-востока и начиная с востока. В «Артхашастре» описание идеального города начинается с севера и кончается также на севере. При этом кшатрии помещаются на востоке, где покровитель Индра, вайшьи — на юге, шудры — на западе, а брахманы замыкают список и помещаются на севере, покровителем которого называется Брахма (КА П.4.9-15). 

Здесь самой благоприятной стороной является север. 
На севере рекомендуется также строить дворец, здесь должны находиться храм божества-покровителя города, кузнецы и ювелиры. 
«И именно потому, что северная сторона, будучи самой благоприятной, находится в конце пути, так необычен порядок варн, для которых выделены стороны света: кшатрии, вайшьи, шудры и в заключение — брахманы».

Хранителями сторон света в «Матсья-пуране» считаются: на востоке — Сурья, на юге — Яма, на западе — Варуна (Джаладхипа), на севере — Сома. 

В МП 253.13-15 в обряде гадания с помощью фитилей самой благоприятной стороной является восток, и брахманы помещаются именно здесь. роме того, как правило, с восточным направлением ассоциируются светлые цвета, которые являются признаком брахманов.

Сторона Ямы, т.е. юг, становится в МП стороной кшатриев, видимо, из-за того, что Яма — это царь мира мертвых. Он называется царем царей (т.е. кшатриев), наказывающим тех, кого не наказали земные цари. То есть здесь Яма выступает в качестве покровителя кшатриев, хотя традиционно с югом ассоциируется желтый, а не красный, который в обряде «испытания» земли соотносился с кшатриями.

Сложнее дело обстоит с западом и севером.
Хранителем запада и МП является Варуна (Джаладхипа), не имеющий никакого отношения к вайшьям. В «Гаруда-пуране» он называется Ганадхипой. Это имя может быть эпитетом Ганеши, который считается покровителем торговли и ассоциируется с вайшьями.

На северном направлении, по МП, доминирует Сома, но, например, во внутренней стороне квадрата мандалы из 45 богов помещается божество Притхвидхара (Хранитель земли). Кроме того, часто хранителем севера называется не Сома, а Кубера, который прячет сокровища в земле. То есть существующие «земляные» ассоциации позволяют поместить на этом направлении шудр.

Все сказанное выше свидетельствует о том, что обряд «испытания» земли с помощью фитилей, зажженных в ямке, был не столько исследованием пригодности почвы для строительства, сколько искусственным воссозданием образа города, воплощенного в васту-мандале. Причем делается это с помощью зажженных фитилей. И такое гадание дает известный простор для действий. Ведь вряд ли при реальной застройке города можно было строго следовать указаниям древних трактатов и строить только в рекомендуемой стороне города. Этот же обряд с фитилями дает возможность воспроизвести нужную ситуацию и ментально, и, в известной степени, визуально: горящие фитили показывают, принцип какой варны доминирует в данном месте и какое здание можно здесь строить. Однако, поскольку также полностью присутствует и вся мандала, условно воспроизводятся и остальные части идеального города, т.е. нужная гармония так или иначе сохраняется.

Далее в «Матсья-пуране» говорится, что васту называется «объединенным» (sdmuhika), если фитили со всех сторон вспыхивают быстро, т.е. происходит смешение всех цветов (варн). «[Оно] благоприятно для всех варн, для [строительства и] домов, и дворцов» (МП 253.13-16).

Завершив это «исследование», в ямку насыпали всю землю, которую вырыли, и смотрели: если в засыпанной ямке земли было больше, чем уровень почвы, то это предвещало благополучие; если меньше — убытки; если столько же — считалось, что хорошего и плохого будет поровну (МП 253.17).

В трактате «Шильпа-пракаша» также упоминается похожее гадание, предшествующее строительству. В нем используется мандала в виде круга, поделенного на секторы, в которых по сторонам света располагаются божества-локапалы. Определение того, насколько земля пригодна для строительства, происходит с помощью светильника.
Если он горит прямо, то это считается хорошим предзнаменованием. Если отклоняется в сторону какого-либо божества, то истолкование делается в зависимости от его специфики. Например, если в сторону Куберы — это предвещает богатство, а если в сторону Якши — то это неблагоприятно.

В пуранах после всех «испытаний» почвы рекомендовалось вычертить уже знакомую нам квадратную васту-мандалу, поделенную на 81 квадрат (или 64), где размещались 45 богов. Часто эта мандала называлась просто термином Васту. О ней подробно говорилось в первой главе. Напомним, что в ее центре помещается Брахма, а вокруг него остальные боги.

Благодаря многозначности заключенных в нее символов мандала имела целый ряд прочтений. Среди них определяющим было понимание ее как яйца Брахмы, из которого во время творения возникла вселенная. То есть васту создавалось как яйцо Брахмы — прообраз, проект мироздания. 

Следует напомнить, что когда мы говорили об определении вкуса и цвета васту, этот обряд был связан с представлением о неких первоначалах, лежавших в основе творения. Здесь же вся мандала выступает в роли такого первоначала.
 

Создание мандал как духовная практика

Мандалы, воспроизводящие жилища просветленных существ. В центре мандалы изображается внутренний лотос, затем дворец. Его окружают три защитных купола, которые в мандале изображаются как бы в срезе, в виде колец. 
Существует множество уровней толкований всех символов, заключенных в таких мандалах. Так называемый дворец — это квадрат, сориентированный по сторонам света и поделенный диагоналями на четыре части, которые представляли собой треугольники из четырех цветов, связанные со сторонами света. Четыре треугольника считались четырьмя комнатами дворца, и в них располагались в виде своих символов божества. 

В строительных трактатах сам текст строится подобно такой андале. Цвета почвы, расположение комнат, местоположение божеств, множественные ментальные взаимосвязи различных элементов — в основе всего лежит васту-мандала. Именно она является тем началом, которое организует весь текст.

Текст, основываясь на васту-мандале, дает многочисленные рекомендации, которым надлежало следовать при строительстве. 
Во-первых, отмечается, что следует строить жилище внутри этого васту, этой мандалы, а не снаружи (ГП 1.46.28). 
Во-вторых, строить следует симметрично со всех сторон: «Если жилище возводится, оно должно строиться со всех сторон [симметрично].
• Если дом будет увеличиваться с восточной стороны, то это всегда [приводит] к вражде. 
• Если жилище увеличивается с юга (т.е. со стороны Ямы и его мира — мира мертвых), [это], несомненно, приведет к смерти. 
• Если увеличивается с западной стороны (там мог помещаться Ганеша, покровитель торговли), это приведет к гибели достатка. 
• Если увеличивается со стороны Сомы (с севера), то это приведет к большому горю, 
• если со стороны Агни (юго-востока), это приведет к опасности пожара. 
• Если будет увеличиваться с угла Ракшаса (с юго-запада), это приведет к гибели детей. 
• Если будет увеличиваться со стороны Ваю (т.е. с северо-запада), это приведет к болезням из-за расстройства ветра [в организме] и к злобе. 
• Если жилище увеличивается со стороны Ишаны (с северо-востока), то это всегда приводит к потере пропитания» (МП 256.29-33).

Иногда имена богов, ответственных за различные направления пространства, используются в названиях структурных элементов здания, например, в названиях дверей: восточные двери называются индра (indra) и джаянта (jayanta), южные — яма (уаmа) и витатха (vitatha), западные — пушпаданта (puspadanta) и варуна (varuna), северные — бхаллата (bhallata) и саумъя (saumya) (МП 255.8-9).

 

Функции богов мандалы часто подсказывают, какого рода помещения следует строить в соответствующих частях здания. 

Пураны предлагают делать:

 — на северо-востоке, как на самом благоприятном направлении - «дом умиротворения» (sdntigrha) — комнату для совершения умиротворяющих обрядов для предотвращения несчастий, и «дом богов» (devatagara) — комнату для почитания богов (МП 256.33), комнату для хранения благовоний и цветов (ГП 1.46.14). 

 — На востоке —  помещение для жертвоприношений (ГП 1.46.13).

 — На стороне Агни, т.е. Огня (юго-востоке), должна быть кухня (МП 256.34). В ГП есть уточнение: на кухне должно быть два вентиляционных отверстия, куда может пролезть обезьянка (ГП 1.46.13).

 — «Гаруда-пурана» рекомендует делать помещение для воды на западе, г.е. на стороне владыки вод Варуны. 

 — В «Матсья-пуране» благоприятной стороной для хранилища воды считается север, где помещается Сома — бог Луны, олицетворяющий напиток богов (сому) (МП 256.34).

 — В «Гаруда-пуране» же на севере рекомендуется строить кладовку (ГП 1.46.14). На этом направлении часто помещается Кубера, хранитель сокровищ.

 — По «Матсья-пуране», «на стороне Ниррити (юго-западе) мудрый должен хранить домашнюю утварь. Бойня должна быть сделана снаружи, а также навес для омовения (,snanamandapa), зерно и деньги [должны храниться] на стороне Ваю (северо-западе), помещение для работы — снаружи» (МП 256.34-35). Подобные рекомендации касаются и расположения опорных столбов, и дверей, и пристроек.

Заканчиваются все указания словами: «Вот с такими особенностями [должен строиться] дом, [чтобы] он приносил счастье домохозяину» (МП 256.35).

Огромное внимание уделялось и самому процессу создания мандалы. Поскольку поле мандалы рассматривалось как живое тело, то все, что могло его ранить, было крайне нежелательно.

Например, угли, найденные на месте будущего дома, предвещали безумие хозяину, черепа — то, что «он собьется с пути» (МП 256.21). Если же находили осколки раковин, то это указывало на то, что в этом доме женщины будут изменять мужьям (МП 256.22). Мандату нельзя было расчерчивать «куском дерева с пеплом и углем, ногтем, оружием, рогом, костью, черепом. Если [васту] расчерчено этими [предметами, то это приносит] несчастье, горе, страхи и тому подобное» (МП 256.14-15).

Особенно нежелательным было наличие колючки. В тексте дается ряд рекомендаций, как ее найти: «Если в размеченном [пространстве] будет след слона, лошади или собаки, то в соответствующей части тела [Васту-пуруши] проницательный [человек, заметивший это], пусть ищет колючку. Если собака или шакал пересечет протянутый шнур и если страшно кричит осел, то следует знать, [что где-то находится] колючка» (МП 256.18-19). В тексте она называется salya, что можно перевести как «шип, колючка». Другое же значение этого слова — «вред; ущерб». 

В тексте упоминается шнур, с помощью которого проводились измерения и расчеты. С ним, как с основным инструментом разметки мандалы, также были связаны многие приметы. Мастер должен был учитывать некие знаки «на столбе, шнуре и т.д., [которые могут] предвещать благоприятное или неблагоприятное» (МП 256.15-16). Если же шнур рвался, то это предвещало смерть хозяина (МП 256.21).

Другим необходимым инструментом были колышки, и тексты включают связанные с ними рекомендации и приметы: нельзя использовать колышки, оставшиеся от другого строительства, нельзя забивать колышек острием вверх, это предвещает болезнь хозяину (МП 256.21).

Одно из самых уязвимых мест васту — двери. При разметке васту ничто не должно было преграждать проход в дверь. «Если дверь „ранена" улицей, то это приведет к гибели всего рода. Если деревом появится множество ненавистников, если грязью — страдание, если „повреждена" колодцем — эпилепсия. Если потоком — возникнет смятение, если колышком — страх огня» и т.д. (МП 255.10-12).

Лишнее отверстие над дверью грозило смертью и называлось «ртом смерти» (МП 255.16). Двери не должны были открываться сами по себе, так как в этом случае хозяина ожидало безумие. Если же они закрывались сами по себе, то это приводило к вымиранию рода (МП 255.15).

Показательно, что среди множества других называются и приметы, имеющие отношение к измерениям и расположению васту. Неверное измерение приводит к смерти хозяина дома (МП 256.24). «Если размер [двери] больше, [чем предписано], то [грозит] опасность от царя. Если меньше — ждет грабеж» (МП 255.16). 

Запрещена неправильная ориентация дома по сторонам света: «Если опорные столбы, или здание, или дверные проемы, а также комнаты будут неправильно сориентированы, это приведет к гибели рода» (МП 256.27-28).

Строго говоря, даже такие рекомендации вполне согласуются с представлением о том, чему должны быть посвящены архитектурные трактаты. В текстах объясняется, как найти наиболее благоприятное место для строительства, как организовать планировку внутреннего пространства, как построить жилье в гармонии с окружающим пространством и сделать его благоприятным для жизни. Но делается это на основе совершенно иного, непривычного для нас мировоззрения, при помощи воссоздания ментальных связей между структурными элементами дома и традиционными представлениями о создании мира.

В основе мандалы и многих обрядов, касающихся строительства, лежит образ яйца Брахмы — зародыша мира. Существует также и другой образ, связанный с васту, — это образ мирового дерева. Каким образом эти два образа совмещаются в пуранах, показывается на примере обрядов выбора дерева для строительства или посадки.


ОБРАЗ ДРЕВА

Надо отметить, что в пуранах упоминается огромное количество растений, особенно часто в связи с различными обрядами и  жертвоприношениями. Что касается строительных трактатов, то в них подробно описаны породы деревьев, которые следует или не следует использовать в строительных целях и для создания парка или сада рядом со зданием. В том и другом случае даются классификации деревьев.

В научной литературе, посвященной индийской архитектуре, к этим классификациям относятся как к перечислению строительного материала, забывая, что «строительные» тексты пуран — это скорее теоретические трактаты, чем ориентированные на реальное строительство рекомендации. В классификациях действительно есть деревья, которые являются ценными строительными породами, но тексты объясняют их использование не с точки зрения их строительных качеств, а с точки зрения влияния на судьбу будущих жильцов дома. Эти тексты позволяют узнать очень много не только о строительстве, но и о мировоззрении — о представлениях, связанных с деревьями.

Глава «Матсья-пураны», целиком посвященная деревьям, имеет многообещающее начало: «Теперь я расскажу о замечательных [правилах] заготовки древесины [для строительства]» (МП 257.1).
Поиски дерева начинаются с того, что «знающий должен в день, указанный астрологом, пойти в лес. Всегда сначала он должен [почтить] дерево, совершив пуджу и [приношение] бали» (МП 257.2).

Из следующей шлоки становится ясно, что речь идет о выборе дерева для опорного столба. А опорный столб в доме всегда нес особую смысловую нагрузку, и не только в Индии. Если строительство воспринималось как создание модели вселенной, мироздания, то опорный столб рассматривался как «мировой столп». А он, в свою очередь, был неразрывно связан с архаической моделью строения вселенной — «мировым деревом», объединяющим три мира: подземный (корни), надземный (ствол) и небесный (крона). 

На страницах пуран само дерево может выступать как прообраз дома. Например, часто цитируется следующий отрывок из «Маркандея-пураны» (49.52-54): «Живя в горах и на берегу моря, люди не имели жилищ... Так как деревья были их первыми домами, люди стали строить свои дома по их (деревьев) подобию».

Отголосками образа дерева-дома являются некоторые названия структурных элементов дома. Древние дома представляли собой конструкции, у которых крыша опиралась на центральный столб. Этот центральный столб мог называться словом grhadaru (букв, «домашнее дерево»). Другое его название — stambha, одним из значений которого является «ствол». В классификациях колонн употребляется также и слово kanda (например, visnukanda — восьмиугольная колонна, brahmakanda — четырехугольная, rudrakanda — круглая), одно из значений которого — «ствол». Дверные косяки назывались sakhah — «ветви», комнаты — sdlah. Наряду с такими значениями, как «кров», salah обозначает «ветви», так же называлось и дерево сап, используемое при строительстве.

Т. Бхаттачарья, цитируя «Самарангана-сутрадхару» (Samarahgana Sutradhara), приводит миф о том, что представление о доме-дереве связано с мифом о Кальпадруме (древе, исполняющем желания). В Критаюге люди получали от Кальпадрумы все, что хотели. Утратив его, они начали селиться на других деревьях, но, разочаровавшись в них, стали строить дома. «Вспоминая форму Кальпадрумы, они делали свои дома состоящими из одной, двух, трех, четырех, семи и десяти комнат (salah)».

На примере главы 257 из «Матсья-пураны» можно увидеть, как на основе древних мифологических представлений, группирующихся вокруг «дерева», конструируется средневековый «научный» текст. Комбинируя издревле сосуществовавшие в культуре образы дерева-дома, мирового дерева и дома-модели вселенной, составители трактатов создают теоретический текст по архитектуре, объясняющий мотивации тех или иных действий, выбор материала, порядок строительства.

Как мы уже видели, основополагающим для этих текстов становится понятие васту. Часто термином васту называлась васту-мандала, которая чертилась перед строительством дома и которая воплощала представление об идеально организованном пространстве. Поэтому в теоретических, спекулятивных рассуждениях пуран развивается и разрабатывается не архаическая вертикальная модель дерева — трехчастного мира, а именно плоская пространственная модель васту.

Это проявляется даже в поисках дерева, где огромную роль начинают играть пространственные критерии. Например, благоприятно или неблагоприятно дерево, определялось в зависимости от того, куда оно падало: «Для столба дома благоприятно дерево, упавшее на северо-восток. То [дерево], что упадет на юг, не будет считаться благоприятным» (МП 257.3). 

Напомним, что северовосточная сторона считалась самой благоприятной, с нее начиналось перечисление божеств, входящих в мандалу. Именно в этой стороне помещается Иша, или Ишана, по другой версии — Шикхин (Агни).
А что касается южной — самой неблагоприятной стороны, то там находился мир мертвых, хранителем которого был царь Яма.

Пространственные характеристики проявлялись и в том, что большую роль играло также местоположение дерева: «...[не рекомендуется использовать дерево, растущее] рядом с чайтьей (caitya, «храм; ступа») и храмом, рядом с колодцем, растущее у пруда и на подобных [местах]. Тот, кто хочет силы и счастья, должен навсегда исключить [использование подобной] древесины» (МП 257.6-7). 

Любые общественные и священные места, храмы, пруды всегда создавались на основе своего плана, и дерево, которое росло рядом с ними, формально было составной частью мандалы этого места, этого васту. Оно не могло стать ни частью, ни тем более основой другого васту. 

Запрещалось также использовать деревья, растущие в неблагоприятных местах — рядом с кладбищем и местом слияния рек; деревья, расположенные рядом со ступами, также считались неблагоприятными, так как ступы имели отношение к мемориальным сооружениям.

Не рекомендовалось использовать дерево, получившее какие-либо повреждения. «[Для строительства] дома не советуют [использовать то дерево, что] благоприятно, [но] на котором живут птицы и которое повреждено ветром и огнем. А также поврежденное молнией и бурей, а также полусухое [дерево], сломанное и сухое» (МП 257.4-5), т.е. такое, которое испытало на себе воздействие какой-либо стихии.

Далее в МП перечисляются породы деревьев, благоприятных и неблагоприятных для строительства. И опять-таки здесь основополагающую роль играет перенесенное с понятия васту представление о том, что будет благоприятно влиять на жизнь в этом месте, а что нет. 

Среди деревьев, категорически запрещенных и для строительства, и для посадки, был кантакин (kantakin) (МП 257.7) — букв, «колючий», «имеющий шипы», от kanta — «колючка», «шип». Трудно понять, что за дерево скрывается за этим именем, так назывался целый ряд деревьев и кустарников. Но понятно, почему оно является нежелательным при строительстве. Здесь надо обратиться к приметам, являющимся дурными предзнаменованиями во время создания мандалы строящегося здания.

На той стадии, когда уже была начертана васту-мандала, если в какой-либо ее части находили колючку, то считалось, что это «приводит к ущербу» (МП 253.50). А для того, что бы найти колючку, хозяин должен был прислушаться к своему телу: если «появляется зуд, то следует удалить шип (колючку) [с места строительства] дворца или дома» (МП 253.49). 

Чтобы стал понятен смысл этой цитаты, напоминаем, что в васту-мандалу (из 81 квадрата) вписывалась фигура человека, сидящего со сложенными ногами. Голова его находилась в северо-восточном углу, центральная ось его тела располагалась на диагонали мандалы, центр его тела (пуп) приходился на центр мандалы (место, где помещался Брахма). Таким образом, васту рассматривалось как тело будущего здания. Поэтому колючку можно было найти в части мандалы, соответствовавшей той части тела, в которой чувствовался зуд. Естественно, что дерево с колючками, которые могли «поранить» тело здания, было крайне неблагоприятно при строительстве.

Среди непригодных для посадки и для строительства растений упоминается ряд деревьев с горькой древесиной, горькими или вяжущими плодами и цветами, например: вибхитака (vibhitaka) (МП 257.7) — терминалия белериковая, или белериковый миробалан (Terminalia belerica), дерево с горькими, вяжущими плодами, сердцевина которых содержит снотворное вещество; амра (атга) — манговое дерево (Mangifera indica) (МП 257.8). Его кора, кожа плодов и семена были известным в медицине вяжущим средством.

Запрещены эти деревья не случайно. Вспомним, как выбирали место для строительства с помощью своеобразного анализа почвы, который заключался в том, что землю надо было попробовать на вкус. Вяжущий и горький как раз и считались самыми неблагоприятными вкусами.
В ряду неблагоприятных «горьких» деревьев наиболее примечательна так называемая нимва (nimva или nimba) (МП 257.7) — маргоза, азадирахта индийская (Azadirachta indica). Это дерево с горькими плодами, семейства мелиевых (Meliaceae). Известно, что его листья жуют во время погребальной церемонии. Издревле считалось, что оно обладает охранительными функциями, и в некоторых районах Индии именно в таком качестве оно использовалось для изготовления оконных косяков. Но в пуранической традиции, видимо, связь нимвы с миром мертвых сделала ее крайне нежелательной для применения в строительстве.
 

Деревья, благоприятные для строительства.

Среди перечисляемых в пуранах действительно есть ценные строительные породы: дерево сал (сарджа или шала), сандаловое дерево (чандана), кедр, различные виды сосны и другие хвойные деревья. Но выбор их для строительства объясняется не с точки зрения их строительных качеств, а с точки зрения того, насколько благотворно они влияют на васту и соответствуют понятию места для жилья. 

Одно из деревьев называется шала (sala) — дерево сал (Shorea robusta; Vatica robusta). Слово sala уже упоминалось в связи с терминологией, используемой в строительстве. Так назывались и ветви, и комнаты в доме. Одно из его значений — «кров», «дом». 

Благоприятные качества оказываются закрепленными и в названиях, носящих благоприятный характер. Например, сурадару (suradaru) — букв, «дерево богов», иначе девадару (devadaru), кедр гималайский (Cedrus deodar а), хвойное дерево, достигающее 50 м в высоту. Еще одно благоприятное название — арджуна (< arjuna) — «светлое», «белое», достигающее больших размеров вечнозеленое дерево терминалия арджуна (Terminalia arjuna). Другое его название — харидру (haridru), которое означает «древесина желтого, золотистого цвета», т е. цвета, ассоциировавшегося с богами. В данном случае это вид сосны.

Еще одно из благоприятных деревьев — мадхука (madhuka) (МП 257.8), букв, «медовое», высокое листопадное дерево Madhuka longifolia со съедобными сладкими цветами. Вспомним о том, что со вкусом меда ассоциировалось лучшее качество земли для строительства, говорящее о ее пригодности для брахманов.

Одним из самых благоприятных считается агиока (asoka) — букв, «уничтожающее горе», тропическое дерево Saraca asoka; Saraca indica семейства бобовых. В этой классификации оно присутствует, видимо, действительно из-за своего благоприятного названия и влияния.

В список благоприятных деревьев входит и гиами (sami) — букв, «несущее покой», дерево Prosopis spicigera Mimosa suma с твердой, тяжелой древесиной, считавшейся вместилищем огня. По одной из легенд, самый первый огонь был добыт Пуруравасом путем трения кусков двух деревьев — агиваттхи и гиами. Упоминается также панаса (panasa, видимо, от глагола pan — «быть удивительным, чудесным; восхищать») — хлебное дерево (Artocarpus integrifolia). За всеми этими деревьями и их названиями стоит образ Кальпадрумы — древа, исполняющего желания, мифологического прототипа человеческого жилища.

Есть ряд очень благоприятных названий, которые трудно отождествить с конкретными деревьями: гирипарна (sriparna, sriparni) — букв, «имеющая лепестки (листья) счастья». Непонятно, какое дерево имеется в виду, поскольку обычно так именуют лотосы. Падмака (padmaka) — букв, «лотосовое», в данной классификации может означать древесину вишневого дерева (Cerasus Puddum).
 

Деревья, составляющие окружение дома или храма.

В «Матсья-пуране» (гл. 255) имеется своя классификация деревьев, благоприятных для посадки. Окружение дома рассматривается также как мандала. Если в случае строительства деревья выступают как материал для реальной постройки, то в случае посадки они являются составными частями мандалы — условного изображения дома или храма, дома богов, воспроизводимого при помощи деревьев определенных видов. 

Костяк мандалы деревьев образуют четыре фиговых дерева, самые почитаемые в Индии. Первое дерево — знаменитая агиваттха (iasvattha) — фикус священный, священное дерево бо {Ficus religiosa)(другое название питала, pippala). Второе — плакша (plaksa), фиговое дерево {Ficus infectoria). Третье — ньягродха {nyagrodha), баньян, фикус индийский {Ficus indica), букв, [дерево] «растущее вниз». Называется так потому, что с его ветвей свешиваются отростки, которые дают новые корни и новые побеги. Получается причудливое сооружение, вполне соответствующее представлению о дереве-здании. Другое санскритское название баньяна — ватта {vatta). Четвертое фиговое дерево — удумбара (udumbara) {Ficus glomerata).

Положение их в мандале зависит от сторон света. Однако в источниках имеются разночтения. В «Гаруда-пуране» атватха помещается на востоке, ньягродха — на западе. В «Матсья-пуране» наоборот: ньягродха — на востоке, ашваттха — на западе. В ГП удумбара — на севере, такта — на юге, в МП наоборот. При этом специально оговаривается, что такта на севере приносит богатство, с противоположной стороны это дерево неблагоприятно (МП 255.20-21). Еще один вариант расположения этих же деревьев мы находим в рекомендациях, из какого материала строить арки или ворота мандап (mandapa, «пристройка, павильон»): «У мандапы должно быть четыре тораны (torana, арка) с четырьмя входами. Восточные ворота должны быть из [дерева] плакша, южные — из дерева удумбара, западные делаются из ашваттхи, а северные — из ньягродхи» (МП 264.15-16). Таким образом, в мандале эти деревья могли меняться местами.

Между фиговыми деревьями рекомендовалось высаживать цветущие — ту же атоку, жасмин {малика), растение кусумамандапа (букв, «беседка из цветов»), а также фруктовые деревья: банан, лимон, арековую пальму, хлебное дерево, мускатный орех и др.

Таким образом, все пространство вокруг дома рассматривается как мандала, состоящая из деревьев. На этом примере мы также видим, что архаическая вертикальная трехчленная модель строения вселенной, которая лучше всего ассоциируется с деревом, оказывается замещенной пространственной моделью, распространяющейся вширь.

Хотя создание васту-мандалы перед строительством — повод для серьезных размышлений над первоначалами мира, взаимосвязью человека и космоса, вселенной и бога, в строительных трактатах пуран над космологическим аспектом ритуала превалирует «практический». Они нацелены на создание такого места, где все составные части должны делать его благоприятным для жизни, способствовать процветанию, плодородию, успеху, богатству. И подготовительные ритуалы, и сложнейшие пространственные построения, и расположение богов и божеств в мандале — все служит этой цели.

Космологическая модель мира в средневековом тексте оказывается замещенной образом вселенной как васту — места, благоприятного для жилья, будь то человек или божество. В васту также заключена вселенная, но эта вселенная оказывается спроецированной на человеческую жизнь. Таким образом, космологические представления оказываются перенесенными в сферу повседневной жизни человека.

Предписания относительно расположения комнат, хозяйственных помещений, входов и выходов, деревьев вокруг дома создают образ идеального жилища. Текст построен как описание мандалы и сам превращается в своего рода словесную мандалу. Он напоминает гадательную таблицу, в которой воспроизведена наиболее благоприятная для дома ситуация. 


МП - Матсья-пурана
ГП - Гаруда-пурана
ЯС - Яджнавалкья-смрити

Е.В.Тюлина «ВАСТУВИДЬЯ В ТРАДИЦИИ ПУРАН» Институт востоковедения РАН 2010

Поделитесь статьей в соц.сетях:

Отправьте ваше сообщение